Стресс-факторы 2020 года могут отрицательно сказаться не только на аграриях, но и на бизнесе поставщиков средств производства

Посевная кампания стартовала в этом году раньше обычного, несмотря на целый ряд негативных обстоятельств. Падение цен на нефть, девальвация рубля, пандемия коронавируса, закрытие границ отнюдь не способствуют комфортной деятельности как растениеводов, так и животноводов.

Однако пострадать в этой ситуации могут не только сельхозпредприятия, но и производители ресурсов — техники и оборудования, СЗР и семян, минудобрений и прочего.

Из-за режима самоизоляции и падения цен на нефть во втором квартале 2020 года российская экономика может опуститься на 18%, а реальные располагаемые доходы населения — на 17,5%. Это будет предельная точка спада, после которой должно начаться постепенное восстановление, следует из апрельского прогноза Института исследований и экспертизы ВЭБ.РФ.

По итогам 2020 года сокращение ВВП составит 3,8%, оценивает банк. Национальное рейтинговое агентство (НРА) в своём макроэкономическом обзоре предложило три сценария развития российской экономики. Базовый сценарий предполагает рецессию до −3,3%, снижение зарплат на 3–3,2%, курс доллара в 85–90 руб. и инфляцию в 7,2–7,3%.

Добавленная стоимость в сельском и лесном хозяйстве, рыболовстве и рыбоводстве из-за режима самоизоляции в этом году сократится на 5,1%. Суммарный же ущерб для наиболее пострадавших от пандемии коронавируса отраслей экономики может достигнуть 17,9 трлн руб., оценило НРА.

Стресс-факторы

Минсельхоз по итогам 2020-го не исключает ускорения продовольственной инфляции из-за девальвации рубля и роста стоимости импорта. Основания для этого действительно есть, полагает замминистра сельского хозяйства Оксана Лут, поскольку ряд отраслей АПК зависит от импортной составляющей.

«Она присутствует в разной степени и в растениеводстве, и в животноводстве, и в переработке — импортные материалы, ингредиенты, препараты. Волатильность курса, безусловно, в разной мере оказывает влияние на каждую отрасль, где-то меньше, где-то больше»

сказала она.

Цена нефти Brent за неполные три месяца спикировала с 9/баррель в конце 2019 года до 5/баррель — минимального уровня за последние 17 лет, что ниже, чем при мировом кризисе 2008–2009 годов, напоминает старший менеджер группы по оказанию услуг предприятиям АПК компании EY Максим Никиточкин. Американский фондовый индекс Доу-Джонса упал аналогично нефти — со своего исторического максимума 28500 в конце 2019 года до 19900, то есть на 30%. До этого 11 лет он показывал стабильный рост с небольшими флуктуациями.

Биржевой курс доллара к рублю тоже установил исторический рекорд, добавляет он. В конце марта ситуацию в стране усугубило введение режима самоизоляции из-за распространения коронавируса. Несмотря на сложившуюся в середине весны непростую ситуацию, АПК продолжит прибавлять, уверена руководитель проектов компании «НЭО Центр» Екатерина Михалева.

«Россия вышла на уровень самообеспеченности по ключевым позициям и наращивает экспортные поставки. Рост валового продукта сельского хозяйства в реальных ценах будет и в дальнейшем расти (1,5–2% ежегодно в 2020-м и 2021 годах), а при открытии части экспортных рынков это повышение может быть больше»

говорит она.

Впрочем, негативные последствия тоже будут, в первую очередь для той части бизнеса, которая зависит тем или иным образом от иностранных поставок. Увеличение стоимости закупки или невозможность купить те или иные компоненты из-за пандемии будут заложены в цену конечной продукции, что, возможно, в дальнейшем приведёт к удорожанию продовольствия при отсутствии мер поддержки.

В кризисные периоды население отказывается от товаров не первой необходимости, тогда как снижение спроса на товары первой необходимости, к которым относятся продукты питания, относительно невелико. И всё-таки новый кризис ухудшит положение производителей сахара, птицы, свинины, считает Никиточкин. Главная здесь проблема — падение рубля, влекущее за собой увеличение издержек.

По прогнозу гендиректора Национального союза птицеводов Сергея Лахтюхова, себестоимость продукции птицеводства в ближайшие два-три месяца вырастет.

«Доля составляющих, которые зависят от курса доллара, в отрасли оценивается на уровне 25–30%. Это соевый шрот, премиксы, кормовые добавки, аминокислоты, суточные цыплята для родительского стада в опосредованной зависимости 30–35% составляющих: пшеница, подсолнечный шрот, подсолнечное масло, ветпрепараты, ГСМ, транспорт, ремонт оборудования, инкубационное яйцо»

перечисляет он.

Стресс-факторы 2020 года

Гендиректор Национального союза свиноводов Юрий Ковалев отмечает, что на свиноводческие предприятия девальвация уже оказывает влияние, но не столь заметное.

«В 2018–2019 годах мы вышли практически на 100%-ную обеспеченность свининой, соответственно, прямого воздействия на рынок ослабление рубля не оказывает, хотя себестоимость производства свинины тоже может незначительно вырасти»

говорит он.

Стресс-факторы 2020 года

Производители качественного сырого молока могут пройти ближайшие 1,5 года достаточно безболезненно: у них заключены долгосрочные договоры по схеме cost+ с крупнейшими переработчиками, которые увидят лишь небольшое снижение спроса на продукцию, что не приведёт их к значительным шокам, продолжает Никиточкин.

Однако, с учётом девальвации рубля на уровне 25%, импортные составляющие будут влиять на себестоимость молочной продукции — она будет расти, обращает внимание гендиректор Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Артем Белов.

С растениеводством «все будет достаточно неплохо», полагает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько.

Это экспортоориентированная отрасль с относительно коротким циклом производства. В условиях девальвации она оказывается в выигрышном положении, считает он. Но затраты на производство увеличатся и тут.

«Помимо падения курса рубля, отрицательное влияние на бизнес оказывают ограничения производственной деятельности, проблемы с логистикой. Все это неизбежно скажется на издержках растениеводов»

убеждён аналитик ГК «Финам» Алексей Коренев.

Значительная часть техники и оборудования, используемая в секторе, или полностью иностранная, или имеет импортные компоненты. Соответственно, обслуживание, ремонт и замена машин будут осуществляться за подорожавшую валюту. Вынужденные «каникулы», да ещё и с сохранением заработной платы, тоже неизбежно приведут к возникновению проблем у значительного количества отечественных компаний, добавляет он.

Вероятнее всего, не избежать негативных последствий и в части сбыта продукции. Снижение реальных располагаемых доходов, опасения россиян относительно массовых увольнений или снижения заработных плат приводят к сжатию потребительского спроса, поясняет аналитик. Сокращение потребления той или иной продукции может вылиться в замедление темпов развития бизнеса, сокращение выручки и, как следствие, инвестиций.

Хотя все стресс-факторы тесно связаны между собой, для большинства компаний-поставщиков АПК именно падение курса рубля является главным негативным обстоятельством, отмечает гендиректор «Квернеланд Груп СНГ» (занимается разработкой, производством и сбытом сельскохозяйственной техники) Роберт Цизак.

«Если меры, направленные на сдерживание COVID–19, влияют непосредственно на сроки производства, логистику, доставку, то девальвация рубля — это главный удар по спросу со стороны аграриев»

говорит топ-менеджер.

Перечисленные факторы и/или их производные в конечном итоге наносят серьёзный урон абсолютному большинству сфер деятельности, а для немалого количества предприятий уникальность характеристик текущего кризиса станет фатальной, комментирует гендиректор компании «Агро-Нова» (официальный дилер New Holland и Case IH) Сергей Карпеев.

«Многие компании вынуждены корректировать свои планы, фокусируясь на критичных факторах стабильности бизнеса и поиске новых драйверов роста и эффективности в существующих реалиях (мы не исключение), медианный сценарий наших расчётов показывает, что под рисками в параметрах выручки может оказаться порядка 20% годовой активности, стрессовый — до 40%»

говорит он.

Несмотря на то, что аграрной отрасли присущи определённые условно поддерживающие атрибуты — длительные производственные циклы, сложности резкой остановки/возобновления деятельности (в отличие, к примеру, от сферы строительства), — влияние будет оказано и на неё, уверен топ-менеджер.

«В сухом же остатке ничего нового: нужно лечить не болезнь, а источник болезни, поэтому наиболее опасные риски для любых российских частных компаний все те же, это и тотальная неустойчивость экономики к внешним воздействующим факторам, и непонимание сроков чрезмерной волатильности и периода восстановления после, и сложность прогнозирования, в том числе для расчётов в бизнес-моделях, и отсутствие конкретных, своевременных и действенных мер по стабилизации ситуации, а также реальной поддержки предприятий на уровне институтов»

отмечает он.

Обнуление пошлин — благо или вред

Среди мер поддержки аграрной отрасли в условиях пандемии и девальвации рубля Минсельхоз рассматривает обнуление ставок ввозных таможенных пошлин. Эксперты и участники рынка по-разному оценивают эту инициативу. По мнению Артема Белова из «Союзмолока», эта мера целесообразна по тем позициям, где у России сохраняется зависимость от импорта.

Например, это детское питание, ветеринарные препараты, племенной материал, оборудование, упаковка, запчасти для импортной техники.

Производители мяса, рыбы и овощей в целесообразности обнуления импортных пошлин сомневаются. Её применение лишь поддержит иностранных рыбодобытчиков и приведёт к негативным финансовым последствиям для рыбодобывающих предприятий России, считает президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортёров (ВАРПЭ) Герман Зверев.

По его словам, 80% рыбы и рыбной продукции на российском рынке — отечественного производства. Во время кризиса, вызванного пандемией коронавируса, российские производители смогут обеспечить и внутренний спрос, и сектор переработки, и ретейлеров. Введение временной нулевой ставки ввозной таможенной пошлины не поддержит потребительский спрос и не приведёт к снижению потребительских цен на рыбу и рыбную продукцию, но создаст преференции для импортёров, у которых они и так уже есть, отмечает Зверев.

Директор Национального союза производителей плодов и овощей Михаил Глушков считает целесообразным обнулить пошлины на «импортные материально-технические ресурсы, которые производители используют для выращивания продукции», но необходимости обнулять их на овощи и фрукты не видит, потому что «никакого дефицита данной продукции не наблюдается». Если ставки будут обнулены, например, на семена, то это позволит несколько снизить их себестоимость, добавляет Ольга Симович из «Райк Цваан Русь».

Если мера коснётся комплектующих для теплиц или сельхозтехники, то это будет выгодно инвесторам и даст им возможность снизить затраты на модернизацию, обновление техпарка или строительство новых комплексов.

«Девальвация национальной валюты приводит к тому, что импортные группы товаров/сырья в рублёвом эквиваленте становятся дороже. Обнуление пошлин позволяет сдерживать (при прочих равных) рост цен и себестоимость продукции и, как следствие, снижение спроса, поэтому по умолчанию любое снижение пошлин, налогов — благо для конечного потребителя»

комментирует Сергей Карпеев из «Агро-Новы».

Однако у данной идеи будут ярые противники — российские производители продукции, аналогичной по своим характеристикам, добавляет топ-менеджер.

Обнуление ввозных пошлин — это очень недальновидная мера, считает Валерий Мальцев из «Ростсельмаша». В любой развитой стране в той или иной степени действуют протекционистские барьеры, «работающие» на местных производителей. Россия не должна быть исключением.

Обнуление пошлины на импортные компоненты однозначно негативно скажется на отечественной промышленности и приведёт к зависимости страны от зарубежной готовой продукции, предупреждает он. Обнуление или снижение пошлины на импортные комплектующие и материалы для экономически и социально значимых отраслей может сделать сельхозоборудование иностранных брендов более доступным для российских аграриев, обращает внимание Роберт Цизак из «Квернеланд Груп СНГ».

«Поэтому даже несмотря на то, что у нас налажено локальное производства части машин, мы позитивно оцениваем потенциальную возможность подобных мер»

говорит он.

Продажи техники могут упасть

Главными тенденциями российского рынка сельхозтехники в ближайшие шесть месяцев станут падение продаж, проблемы с поставками машин и запчастей, ухудшение условий финансирования, свидетельствуют результаты опроса дилеров сельхозтехники, проведённого Ассоциацией дилеров сельхозтехники России «АСХОД» совместно с отраслевым союзом производителей сельхозтехники VDMA Agricultural Machinery.

По данным исследования, 84% дилеров ожидают падения продаж сельхозтехники по результатам года. Среди факторов, которые окажут значительное влияние на бизнес, 58% дилеров называют пандемию COVID–19 и связанные с ней ограничения. Однако девальвация рубля оценивается дилерами как ещё более серьёзная проблема — в этом уверены 89% респондентов.

Среди наиболее острых проблем, вызванных коронавирусом и девальвацией рубля, дилеры отмечают трудности с поставками техники или запчастей из-за сбоя логистических цепочек (71% опрошенных), увеличение сроков поставок (69%), рост стоимости техники (54%) и запчастей (49%). 73% респондентов также ожидают ухудшения условий финансирования в 2020 году.

«Девальвация рубля сыграла скорее позитивную роль для отечественных машиностроителей, цены на российскую технику не изменились, соответственно, она стала более конкурентной по отношению к импортной».

считает замдиректора ассоциации «Росспецмаш» Денис Максимкин.

В январе — марте производство сельхозмашин в России выросло на 30% год к году в денежном выражении до 35 млрд руб. При этом отгрузки на внутренний рынок выросли на 42% до 22,5 млрд руб. Увеличение выпуска российской агротехники наблюдается по многим ключевым позициям.

Наибольший рост в количественном выражении, в частности, зафиксирован в сегменте зерноуборочных комбайнов — на 48% до 1,69 тыс. ед., пресс-подборщиков — на 31% до 471 ед., сеялок — на 20% до 1,72 тыс. ед., косилок — на 16% до 688 ед., полноприводных тракторов — на 15% до 597 ед., опрыскивателей — на 10% до 228 ед.

Однако к концу года российская машиностроительная отрасль может столкнуться с сокращением производства из-за неблагоприятной экономической ситуации, а также со значительным снижением платёжеспособного спроса. Тенденция к сокращению темпов роста в отрасли уже наблюдается. Так, по информации «Росспецмаша», если в январе 2020 года выпуск техники увеличился на 63%, то в марте — на 23%.

«Стресс-факторы этой весны оказали и оказывают отрицательное влияние на рынок в целом и на компанию John Deere и её дилеров в частности, до марта у нас была очень хорошая динамика по реализации техники, но после падения курса рубля и начала эпидемии активность клиентов существенно снизилась»

рассказывает директор по маркетингу John Deere Александр Беляев.

Единственный позитивный момент, что основной негативный эффект пришёлся на начало весны, и к тому моменту многие клиенты уже определились с выбором техники. Но возникают вопросы с прогнозами продаж комбайнов в самое ближайшее время, и пока не ясна динамика развития ситуации на вторую половину года. В случае укрепления курса рубля она может стать более позитивной, надеется он.

Падение цен на нефть и девальвация рубля непосредственно влияют на стоимость ввозимой техники, признает менеджер по развитию рынка Восточной Европы и Weidemann (производит фронтальные и телескопические погрузчики) Денис Пронин. Как следствие, техника компании подорожала в среднем на 25%.

«Пандемия коронавируса тоже усложнила ситуацию: из-за карантина наши дилеры не имеют возможности работать в нормальном режиме и встречаться с конечными потребителями, все эти факторы, вероятнее всего, затормозят увеличение продаж, которого мы достигли в начале этого года. По нашим субъективным оценкам мы останемся на уровне объёма реализации 2019-го»

делится он.

Что касается других последствий сложившейся ситуации для бизнеса, то начиная с 16 марта компания Weidemann отправила домой с сохранением заработной платы всех сотрудников старше 60 лет. Все остальные по возможности были переведены на режим работы home office. С 6 по 17 апреля останавливалось и само производство техники Weidemann из-за задержек поставок комплектующих, в первую очередь из Италии, сообщает Пронин.

На этот период большинство сотрудников предприятия было отправлено в отпуск. И все же первый квартал Weidemann закончил с перевыполнением плана, поэтому кризис планируется преодолеть без больших потерь. Увольнение сотрудников или их перевод на сокращённый рабочий день не планируется, утверждает менеджер.

Стресс-факторы 2020 года

Кратковременные трудности с поставками комплектующих и сырья на липецкий завод Kverneland Group испытала на первой нерабочей неделе, признается Роберт Цизак. Однако компании удалось их оперативно устранить, и уже с 7 апреля цепочка поставок была восстановлена. Сейчас предприятие работает и отгружает технику российского производства строго по ранее согласованному графику, рассказывал он «Агроинвестору» в середине апреля.

«Что касается отгрузок ввозимой из Европы части машин, то здесь также не ожидается задержек, так как основной объем техники и запчастей к сезону уже находится на складах»

рассказывает он.

Команда, осуществляющая продажи, работает в прежнем режиме, а сервисные инженеры не прекращают техническое сопровождение аграриев в полях.

Стресс-факторы 2020 года

Через трудности с поставками компонентов из Европы (особенно из Италии и Германии) прошёл и российский производитель агротехники «Ростсельмаш». Сложности были вызваны остановкой производств и нарушением логистических цепочек поставок, связанных с дополнительными мерами ряда государств по ограничению перемещений по их территории, поясняет гендиректор компании Валерий Мальцев.

Однако предприятие имеет запас данных составляющих, что позволяет переживать «локальные» кризисы. В той или иной мере на работе «Ростсельмаша» и на АПК в целом отражаются все появившиеся весной стресс-факторы. Но даже в условиях COVID–19 аграрная отрасль чувствует себя лучше, чем многие другие секторы экономики, уверен топ-менеджер.

При этом российский АПК до сих пор испытывает дефицит сельхозмашин и орудий производства. «Как показал нынешний кризис, поставки из-за рубежа могут прекратиться в любой момент, а для аграриев важно, чтобы комплектующие были доступны 24/7, особенно в ходе посевной и уборочной кампании», — акцентирует внимание Мальцев. В таких условиях логично делать ставку на приобретение техники отечественного производства, уверен он.

В то же время рост стоимости валюты по отношению к рублю в целом оказывает положительное влияние на отрасль. Это повышает конкурентоспособность российской техники как внутри страны, так и за рубежом, открывая новые экспортные перспективы.

«Ещё в начале года мы предполагали, что рынок останется примерно на уровне прошлого года — при условии, что макроэкономические показатели будут стабильны. В январе-феврале мы убедились в правильности наших прогнозов: розничная активность оставалась на уровне того же периода 2019-го и ничего не предвещало беды, однако к концу зимы ситуация резко изменилась, рост курса доллара и евро серьёзно повлияли на рыночную ситуацию. Спрос на импортную технику резко упал. И теперь мы уже понимаем, что столкнулись с новой реальностью»

вспоминает бизнес-директор по сельскохозяйственному оборудованию CNH Industrial в России и республике Беларусь Михаил Абовьян.

В ситуации неопределённости аграриям сложно делать крупные инвестиции, например в сельхозоборудование. Поэтому те, кто могут себе позволить отложить покупку с точки зрения технологических операций, сделают это, думает топ-менеджер. По его мнению, производителям агротехники сейчас особенно важно поддержать существующие парки в рабочем состоянии с точки зрения сервиса и наличия запасных частей, чтобы помочь сельхозкомпаниям выйти из кризиса с минимальными потерями. Эффективной мерой поддержки в этом случае было бы обнуление пошлины на импортные компоненты, считает Абовьян.

Несмотря на отсутствие серьёзных государственных ограничений для перемещений товаров, с определёнными сложностями столкнулась и «Агро-Нова», делится Карпеев.

«К примеру, в период пиковых значений заражения COVID–19 многие водители-международники отказывались от поездок в Европу, заводы временно вводили периоды карантина/ограничений, была заморожена сертификационная деятельность и т. п., однако производители совместно с дилерской сетью делали и делают все возможное, чтобы эти факторы не оказали негативного влияния на поставки товаров конечным клиентам»

перечисляет он.

Овощеводам уже непросто

В начале апреля началось сокращение потребления скоропортящихся товаров, отмечает Ольга Симович из «Райк Цваан Русь». Товар с небольшим сроком хранения, такой как, например, салат, стал пользоваться пониженным спросом у населения, в супермаркетах остаётся много нераскупленных овощей, и цены на тепличную продукцию опустились, знает она.

«Розничные сети не очень страдают, так как хотя количество посещений снизилось, средний чек вырос. А вот тепличные предприятия несут убытки, сборы продукции идут каждый день, поэтому образуется перепроизводство»

говорит топ-менеджер.

Вследствие падения доходов потребители начнут переключаться с премиальных продуктов на низкий ценовой сегмент. Например, пострадает ассортимент томатов, большее предпочтение будут отдавать крупноплодным и среднеплодным томатам по цене 100–150 руб./кг, а не мини-томатам по цене 450–500 руб./кг.

Страдают также мелкие и средние производители овощей в открытом грунте из-за ограничений на передвижение в важных аграрных регионах, таких как, например, Краснодарский край, продолжает Симович. Это приведёт к уменьшению площадей под трудоёмкими культурами: капустными, салатами, сельдереем. «Производители переключаются на столовую свёклу или вообще уходят в зерновые культуры», — утверждает она.

Семена успели купить

По мнению директора «Сингенты» Джонатана Брауна, важным фактором развития отечественного АПК в этом году станет именно девальвация рубля. Прогнозируемый рост цен на российские экспортные агрокультуры обеспечит более высокий уровень рентабельности растениеводства, полагает он.

Топ-менеджер надеется, что правительство в полной мере осознает критически важный характер работы аграрной отрасли для обеспечения продовольственной безопасности в краткосрочной и долгосрочной перспективе. Это поможет преодолеть трудности, вызванные распространением COVID–19.

Воздействие пандемии на логистическую цепочку самой «Сингенты» как в России, так и в других странах мира было минимальным, рассказывал Браун в середине апреля. «Однако ситуация непредсказуема, и мы не можем дать точных прогнозов на ближайшие месяцы», — признавал он.

В то же время компания была вынуждена пойти на коррекцию действующих цен для того, чтобы покрыть, хотя бы частично, возникающие курсовые и финансовые риски в условиях резкого снижения курса рубля. Что касается спроса на продукты «Сингенты», то продажи шли обычными темпами, без каких-либо проблем со стороны сельхозпроизводителей, которые не меняют своих привычек из-за коронавируса.

Основные продажи семенных компаний заканчиваются к марту, то есть сезон 2020 года, по сути, завершён.

Тем не менее один из лидеров этого рынка — «Евралис Семанс Рус» — зафиксировал цены в рублях для продаж текущего сезона, чтобы его клиенты не зависели от скачков курса валют. Кроме того, существует целый ряд рисков, которые могут отразиться на бизнесе в следующем сельхозгоду, комментирует директор по маркетингу компании Евгений Щедрин.

«Сокращения продаж мы не ожидаем, так как сейчас мы наработали клиентскую базу и установили партнёрские отношения с дистрибьюторами, но конкуренция будет ужесточаться, и выигрывать сделки станет сложнее, при сохранении запретов на вывоз семян подсолнечника (поставки из России данной агрокультуры, а также сои, крупяных культур и некоторых овощей ограничены Евразийской экономической комиссией с 12 апреля по 30 июня 2020 года — АИ) его площадь, скорее всего, сократится, а значит, на меньшее количество клиентов останется то же количество компаний с амбициозными планами продаж»

считает он.

Также топ-менеджер оп